?

Log in

No account? Create an account

Летопись · Горлума


Three is COMPANY!

Свежие записи · Архив · Друзья · Личная информация

* * *
Я Евгения Лаврова, член УИК 1302 (Московский район СПб, МО Гагаринское) с правом решающего голоса. В комиссию вошла от «Справедливой России». В комиссии я была бы совсем одинока, но на участке присутствовали наблюдатели и члены с совещательным голосом от разных кандидатов, в том числа Лиза («Наблюдатели Петербурга», член комиссии с правом совещательного голоса от кандидата Стуленкова).
Герой этой истории с противоположной стороны– председатель нашего УИКа Сергей Анатольевич Быков.
Основа наиболее масштабных злоупотреблений на этих выборах –досрочное голосования. Оно шло с 3 сентября в ТИКах (губернаторские выборы) и ИКМО (муниципальные выборы) (по факту – и то и другое часто происходило в одном месте - в ТИКах). С 10 по 13 сентября досрочка шла уже в УИКах. Бюллетени проголосовавших досрочно кладутся в конверты, а в день голосования должны быть переложены в урну.
Обычные шалости, связанные с досрочкой, хорошо известны (раздача слонов для проголосовавших, разнарядки для бюджетников и т.д.) и за нарушение практически не считаются. Но реально достигнутой явки на досрочное голосование властям оказалось мало. Возможности добавить сколько угодно конвертов с бюллетенями, где все галочки расставлены правильно, у руководства ТИКов, ИКМО и УИКов ничем не ограничены. Все эти бюллетени потом попадут в урну.
Сложность для них вот в чем: каждому бюллетеню в урне должна соответствовать отметка в списке избирателей («проголосовал досрочно», «получил бюллетень» [на участке в день голосования] или «проголосовал вне помещения для голосования» [на дому]. Т.е. вброс бюллетеней в урну надо прикрыть внесением соответствующих сведений в список избирателей. А сделать это до голосования нельзя, т.к. неизвестно, кто из избирателей придет и обнаружит, что уже «проголосовал». С этим и связаны дальнейшие происшествия в нашем УИКе.
13 сентября, 14.00. Заканчивается досрочное голосование. Со ссылкой на закон требую определить и назвать число избирателей, проголосовавших досрочно. Председатель комиссии категорически отказывается это делать, заявляет, что все документы не будут храниться в помещении нашей комиссии, а будут отвезены «на ответственное хранение в ТИК», и, забрав их с собой, убегает. До этого я смогла полистать списки избирателей, куда уже должны были быть внесены все сведения о голосовавших досрочно: по визуальным ощущениям их было вряд ли больше 50 человек (с 10 по 12 сентября в УИКе на досрочке постоянно дежурила наблюдательница, за эти три дня пришло голосовать 17 человек); всего избирателей на нашем участке 2689 чел.).
14 сентября, 06.55. Прихожу на участок и вижу, что урны уже опечатаны, а председатель и секретарь комиссии вскрывают конверты с «досрочкой» и кидают бюллетени в урну (грубое нарушение, это начали делать до включения видеокамер, т.е.7.00, и в отсутствие наблюдателей). Называть количество избирателей, проголосовавших досрочно, они отказались.
Я позвонила «02». Прибыл наряд, который опросил меня, председателя и других присутствовавших на участке. О результатах обещали сообщить позже…
Постепенно подтягиваются наблюдатели и кандидаты, мы составляем акт, пишем жалобы, требуем от комиссии назвать количество избирателей, проголосовавших досрочно, вывесить на стену увеличенные формы итоговых протоколов и т.д. Естественно, безуспешно (увеличенные формы протоколов вывесили к вечеру).
Мои обязанности в комиссии – выездное голосование. Значительную часть дня провожу в обходе участка (два выхода). «Заявок» на голосование на дому было 20, в 10 квартирах нам не открыли, а в половине остальных прямо сказали, что никаких заявок не делали. Это «стараются» социальные работники. Фиктивные заявки не могут существенно влиять на итоги выборов, но было адски стыдно, что пришлось в этом косвенно участвовать. До сих пор передергиваюсь, вспоминая, как мы заходим в квартиру, называем имя избирательницы, которая «попросила» прийти к ней с урной, а ее пожилая дочь говорит нам, что мама - лежачая слепая женщина, которая ничего не осознает…
14 сентября, 20 00. Заканчивается голосование. Явка (данные, озвученные членами УИКа и подтвержденные подсчетом наблюдателей) – 394 человека (+ 10 «надомников»). Первым делом, после 20.00 председатель удалил одну из наблюдательниц (умеренно оппозиционную) под предлогом того, что у нее в направлении не был указан адрес. Можно только гадать, почему не удалили Лизу и меня, хотя наша сущность была давно понятна. Конечно, по закону удалить членов комиссии с участка нельзя, можно только отстранить от работы, но по факту так делают (обвиняют в чем-нибудь и удаляют с полицией).
Далее на участке начался я бардак. Все действия, описанные в законах о голосовании, велись вкривь и вкось. Среди этого бардака были погашены и подсчитаны неиспользованные бюллетени: их осталось 1097 по губернаторским выборам и 1353 по муниципальным. Всего комиссии было выдано по 1900 тех и других бюллетеней.
Кроме того, председатель наконец объявил (и даже занес в увеличенную форму протокола) число досрочников (официальную версию): 291 по губернаторским и 241 по муниципальным. Цифры, очевидно, спустили сверху, а вот что делать дальше председатель не знал.
Бардак продолжался. Председатель куда-то звонил и ничего не делал, члены комиссии ворчали (дело шло к 11 часам и их надежды спокойно уехать домой рушились). В списках избирателей на каждой странице подсчитали и карандашом записали данные: количество избирателей, количество проголосовавших досрочно, количество проголосовавших на участке в день голосования и на дому (до этой работы меня не допустили, но я смотрела: досрочников было по-прежнему мало; к сожалению, следить за подсчетом по 10 книгам одновременно невозможно). Итоговых данных не назвали. Списки избирателей собрали в две книги (по губернаторским и муниципальным выборам) и они лежали на столе. В какой-то момент в зал забежал председатель (он все время выходил в свой кабинет за пределами участка), схватил книги избирателей и попытался выскочить с ними за дверь. Благодаря бдительности Лизы и женщины-ЧСГ от СР его удалось перехватить, вчетвером (с кандидатом Стуленковым, который также присутствовал на участке) мы загородили дверь и отразили толчки и попытки прорваться. Удалось заснять на телефон видео, как председатель со списком пытается прорваться через заслон (вообще на участке были две камеры, у нас с них есть записи, но площадку перед дверью эти камеры не покрывают).
Полицейские, присутствовавшие на участке, вели себя нейтрально: они, конечно, не реагировали на наши крики о помощи (что естественно), но и не начинали нас вязать (что даже странно).
У председателя сдали нервы. Он оставил список на столе и удалился с участка в кабинет. Время шло, близился час ночи. Члены комиссии, заглядывавшие к председателю, приносили мрачные вести: с председателем истерика. Беднягу было почти жалко… Вообще слабоват он оказался, хотя опыт фальсификаций у него в прошлом имеется.
Да в составе комиссии было 3 товарища председателя (как и он, молодые люди лет 26 -28) – которые были его прямыми союзниками (хотя какую-либо ответственность на себя взять боялись и активных действий не вели). Еще 3 – «нейтралы» – две женщины и молоденькая девушка. С одной из женщин и девушкой мне удалось поговорить неофициально: они не связаны с председателем, они понимают, что происходит фальсификация, но: «Ничего не поделаешь, везде так», «А вам-то все это зачем?».
Наконец, где-то в 0.45 ситуация разрешилась. Председатель с перекошенным лицом вбежал в зал, снова схватил списки избирателей и помчался к двери. Я бросилась за ним, но человек в спортивном костюме, неизвестно откуда взявшийся на участке (куда после начала подсчета голосов не имеет права заходить кто-либо посторонний) поставил мне подножку (этот эпизод виден на видео с официальной камеры). Кажется, я проехала по полу несколько метров. Произошла схватка у выхода из зала (этого на видео уже не видно), а потом у двери в кабинет председателя (председателю и человеку в спортивном костюме помогал также один из членов комиссии). В итоге, конечно, они одолели нас троих (Лиза получила синяки на руках и ссадину) – и список оказался в кабинете председателя.
После этого председатель, не озвучив, конечно, никаких итогов работы со списком (он с ним и не работал, только унес), приказал вскрыть урны и начать считать бюллетени.
Все было ясно. Следить за подсчетом мы не стали, ибо разницы уже не было. Стали писать акт о случившемся, вызвали полицию, по полиция даже не опросила нас и не составила протокола. Связано это было, надо думать, с личностью гражданина в спортивном костюме – это (как объяснил Стуленков) был начальник отдела по вопросам законности, правопорядка и безопасности администрации Московского района (после каждого слова хочется поставить восклицательный знак).
Подсчет закончился к 4 утра. Вот тут можно увидеть «официальные результаты».
Губернаторские: http://www.st-petersburg.vybory.izbirkom.ru/region/region/st-petersburg?action=show&root=784010024&tvd=4784010155410&vrn=2782000586119®ion=78&global=&sub_region=78&prver=0&pronetvd=null&vibid=4784010155410&type=234
Муниципальные: http://www.st-petersburg.vybory.izbirkom.ru/region/region/st-petersburg?action=show&root=784010007&tvd=4784010155197&vrn=4784010155085®ion=78&global=&sub_region=78&prver=0&pronetvd=null&vibid=4784010155197&type=423
Судя по всему, председатель от усталости допустил ошибку (а система ГАС-выборы эту ошибку съела): в обоих случаях число бюллетеней в стационарной урне (которое должно быть равно количеству проголосовавших досрочно + количество проголосовавших в помещении для голосования в день голосования) равно просто количеству проголосовавших в помещении для голосования в день голосования.
По общему количеству бюллетеней (губернаторские выборы) получается, что из урн было извлечено 873 бюллетеня. 873 - 291 (официальная цифра по досрочке) = 582. Реально в день голосования проголосовало 394 (на участке) + 10 (на дому) избирателей, т.е. помимо фальсификации «досрочки», явка увеличена на 178 человек.
На муниципальных выборах 629 бюллетеней в стационарной урне хотя бы складываются из реальной явки (394) и озвученного количества досрочников. Правда, если добавить 10 бюллетеней из ящиков для надомного голосования и 1353 погашенных бюллетеня (в официальном протоколе цифра уже другая), получаем 1992 бюллетеня (между тем комиссии всего было выдано 1900 бюллетеней).
О соответствии полученных «результатов» реальному волеизъявлению избирателей – судите сами («победители» на муниципальных выборах получили от 286 до 299 голосов, так что даже 200 добавленных к реальной «досрочке» бюллетеней играют очень важную роль).
Члены комиссии подписали протоколы (по два экземпляра каждого из двух), я везде написала напротив своей фамилии «особое мнение» и приложила само мнение (где, как смогла, изложила основные нарушения). Когда я это сделала, председатель сказал: «На вашем месте, девушка, я бы вел себя осторожнее, у меня есть все ваши личные данные». Вот так.
Копию итоговых протоколов нам не выдали. Сил бороться за это уже не было. Да и вообще оно того не стоило. Разошлись мы почти в 5 утра.
Так прошли эти прозрачные и демократические выборы на нашем УИКе.


Ссылки на видео к отчету:
http://vk.com/doc1486196_327754703?hash=082a95e479a338524c&dl=4b30784ca006136104

http://vk.com/doc1486196_327755046?hash=fa70cf4db408b97b30&dl=2448ccfdaeec1b5d20
* * *
Благодаря замечательному человеку из соседнего дома я уже вечером 5 марта получила копию записи с веб-камер на УИК1033. Выложила ее в сеть (смотреть подсчет можно где-то с 20-й минуты, результаты четко называются, например, начиная с 28-й минуты): http://narod.ru/disk/42884780001.5f46d3e72ce626e2045e292123c015a7/vybory2012_uik84821cam1_04_210433.ts.html

Напечатала листовку для соседей, со ссылкой на это видео. Листовка уже живет в сети своей жизнью…

Подала заявления в ТИК№19, ГИК и Прокуратуру, с приложением видеозаписи. На неделе подам еще в Следственный Комитет.

Все материалы по делу – на моей странице ВКонтакте: http://vk.com/feed#/id1486196
***
Ребята, спасибо вам всем за поддержку! Большое-большое спасибо...
* * *
Друзья! Слов у меня практически нет. Пишу очень кратко.
Я была членом УИК №1033 с правом совещательного голоса (направление получила от коммунистов). Все было замечательно! Процедура полностью соответствовала закону о выборах; все права наблюдателей соблюдались: хочешь – смотри списки избирателей, хочешь стой у самой урны – прекрасная прозрачная урна теперь появилась на участке! Комиссия была исполнена дружелюбия. Я верила в то, что эти люди (и в частности – председатель УИК 1033 Ирина Николаевна Плеханова) – по меньшей мере, сторонники точного соблюдения процедуры и законов о выборах. Я даже поверила в то, что процента, честно полученного Путиным на этих выборах, властям будет достаточно.
Подсчет голосов велся с соблюдением всех правил. Считали гласно и открыто. Вот полученные данные, которые были объявлены и занесены в увеличенную форму итогового протокола:
Жириновский – 40 голосов
Зюганов – 192 голоса
Миронов – 119 голосов
Прохоров – 266 голосов.
Путин – 562 голоса.
Недействительных (испорченных и т.п.) бюллетеней – 19.
Итого у Путина 46,9 % голосов.
Далее начинается упаковка бюллетеней. Большинство наблюдателей уходит, веря, что все хорошо. Члены комиссии (они очень хотят успеть на метро) подписывают еще не заполненный протокол и убегают. Последнему оставшемуся члену УИК председатель приказывает вместе с милиционером грузить мешки с бюллетенями в машину. Сама уходит заполнять протокол и просит ей не мешать (с улыбкой!!! Со словами: «вы же знаете, как легко там сбиться!»). Нам, троим оставшимся наблюдателям, она обещает сделать копии. Мы ждем. Она неожиданно выбегает, сует нам в руки копии протокола. Мы успеваем увидеть, что это незаверенная копия, без подписи и без печати. Это очень грубое нарушение! Мы бежим за ней. Мы просим, грозим, хватаем ее за руки. Она прыгает в машину к милиционеру. А в новом «протоколе» такие результаты голосования:
Жириновский – 12
Зюганов – 97
Миронов – 71
Прохоров – 53
Путин – 938.
Недействительных бюллетеней – 11.
У Путина – 79 % голосов. Занавес.
***
Мы с парнем – наблюдателем от Прохорова поехали в ТИК. Там много наблюдателей с точно такими же историями (бегство председателя, изменившийся до неузнаваемости протокол). Мы подали жалобы в ТИК. Их рассмотрят сегодня ночью. Юристы будут биться. Результаты будут понятно какие. Ведь у нас «образцовые выборы». Все рассказы о нарушениях – фальсификация и происки врагов. Собственно говоря, у меня нет никаких доказательств, кроме моего слова. Я надеюсь, мне поверят мои друзья. Я расскажу своим соседям о том, что стало с их голосами (это был мой участок, я там сама голосовала).
***
Сказать, что я чувствую себя оплеванной – это практически ничего не сказать.
***
Кто бы мне объяснил, зачем ИМ это нужно?
***
Я буду добиваться суда над И.Н. Плехановой. Может, быть, нам удастся получить копию записи с камер, установленных на избирательном участке. Может быть, там будут видны и слышны результаты подсчета. Может быть, все будет затерто. Против нас – документы за подписями и печатями и вся судебная система. Я понимаю, что это практически бесполезно.
***
На акции протеста я обязательно пойду. На санкционированные и несанкционированные.
* * *

Как все началось? Да просто захотели посмотреть на процесс изнутри, предложили свои услуги «Яблоку», а оно и согласилось. Накануне прошли инструктаж в штабе Яблока и получили кучу бумаг, подтверждающих наш высокий статус «членов избирательной комиссии с правом совещательного голоса» (по сути это тот же наблюдатель, просто теоретически его труднее удалить с участка, хотя практически - … см далее). Да, работа это волонтерская (без оплаты).
***
И вот к 7.30 утра мы явились на свои участки (в двух разных школах недалеко от нашего дома).  Дальше речь пойдет, в основном, о моих личных впечатлениях.
В 7.30 утра на участке никого не было, ни членов комиссии, ни милиции, школа была открыта и пуста. Имелись только две женщины-наблюдатели от СР, с которыми мы сразу нашли общий язык и потом выступали солидарно. Время уже подходило к 8, члены комиссии, наконец, явились и началась подготовка. Нам предъявили урны для голосования (действительно абсолютно пустые), а потом их опечатали. Тут же возник и первый конфликт – мне запретили вести на участке фотосъемку (что закону о выборах абсолютно не соответствует). Затем мне запретили просматривать списки избирателей (это одно из базовых прав наблюдатели и инструкция наблюдателю рекомендует их перелистать, на предмет наличия до 8 утра «уже проголосовавших», а также всяких пометок и т.д.). Я позвонила в штаб «Яблока», а потом мы с тетеньками-справороссами стали строчить жалобы. Председательница нашего УИК (стерва, надо сказать, класса экстра) два часа то не могла принять нашей жалобы, то требовала что-то переписать (переписывала я три раза). Наконец на третий раз она заявила, что раз я такая настырная девка, то я могу вести проклятую фотосъемку и могу смотреть свои списки, раз мне этого так хочется  («и зачем вам все это надо, вы такая молодая»). В общем обстановка была непростая. Я так и не знаю, зачем председательнице все это было нужно, на этом участке каких-либо масштабных нарушений, скорее всего, не было (вбросов – точно) – это видно и по результатам, т.е. это, скорее, просто привычка представителя власти так относиться к членам любой общественной организации.
По мере сил, я и справороссы исполняли обязанности наблюдателей: главным образом мы следили, чтобы люди опускали в урну свои два бюллетеня и не больше. Возможности проверить, не голосует ли на участке подставное лицо у нас нет (т.к. в паспорта мы смотреть не можем), так что были ли какие-то злоупотребления – неясно. Довольно много голосовали здесь по открепительным (человек 50 за день), но организованного привоза голосующих мы тоже не засекли.
Так жизнь шла своим чередом. У Макса же в середине дня произошли интересные события. Сначала все было тихо и мирно. Конфликты начались, когда настало время идти в обход по голосующим на дому: Макса со скандалом попытались туда не пустить. Заподозрив «поганку», он своего добился и пошел. . Обход прошел тихо и мирно, но при возвращении на участок Макса задержала милиция (на предмет проверки документов и чего-то еще), а урну унесли вперед (что подозрения еще больше усилило). Вернулись ребята с обхода примерно в 13.10, а через ва часа, в 15.15 (!) Максу объявили, что он удаляется с участка за то, что во время обхода пытался вырывать у голосующих бабушек бюллетени (!). Свидетелями выступали два члена УИК и наблюдатели от «Единой России», участвовавшие в обходе. Макс т.о. оказался один против четырех. Был составлен акт – и Макса с милицией вывели с участка. Во что это выльется, мы пока не знаем, т.к. официальная жалоба на нарушение Максом закона ушла наверх – и не исключено, что против него возбудят административное дело. Макс сразу позвонил в штаб «Яблока», оттуда приехал человек и привез нам новые бумаги. Макс теперь назначался наблюдателем на мой участок, а я – на его.
Так, уже около 17 часов, я перекочевала на новый участок. Здешняя комиссия (в отличие от первой) состояла сплошь из молодых ребят, лет 22-25, и даже председателю было лет 25-27. Приняли меня без радости, но гнать не стали. А наблюдатели (девушка от КПРФ и две девушки от СР) рассказали, что самое интересное произошло после удаления Макса (поэтому есть сильные подозрения, что его удалили с участка через два часа после инкриминируемого ему нарушения далеко не случайно).  На участке появился кандидат В. (от какой партии -  и так понятно), известный и популярный в среде окрестных пенсионеров благодаря раздачам продуктовых наборов, а в среди других людей – благодаря криминальному прошлому и разным скандальным случаям. Явился он в сопровождении свиты человек в 10, вида абсолютно криминального. Эти люди встали вокруг урны и (судя по всему, с вполне конкретной целью) начали нападать на девушек-наблюдательниц, стоявших рядом (оскорбляли и угрожали). Девушки буквально бросились под защиту милиционера (он тоже стоял недалеко от урны и следил за процессом), милиционер отвлекся… Ну и все, собственно. Наблюдатели были уверены, что в этот момент свита кандидата В. и произвела вброс бюллетеней в урну. Я в любом случае знаю, что вброс был – и доказательства у меня есть. Захочет ли кто-нибудь продвигать это дело – не знаю. Все жалобы и материалы я передам сегодня в штаб «Яблока». Есть ощущение, что они результатами выборов скорее довольны и добиваться отмены, тем более по отдельному участку, не станут. Так что пишу – для ознакомления общественности.
До закрытия избирательного участка (т.е. до 20.00) больше практически ничего интересного не происходило. Толп не было, видимых вбросов тоже.
Когда участок закрывается, первое, что надо сделать – это погасить неиспользованные бюллетени (им отрезают угол) и пересчитать их. Мы добились гласного подсчета (путем перекладывания) и было установлено, что бюллетеней в ГД осталось 116, а в ЗАКС – 119 (как сказал бы Киплинг, на забудь эти цифры, мой мальчик).В том, что при подсчете не было ошибок, я уверена абсолютно (мы стояли буквально за спиной у считающего). Цифры эти были фломастером вписаны в увеличенную форму протокола, висящую на стене (есть фотография).
Следующий шаг – это подсчет количества проголосовавших (отдельно – в ГД и ЗАКС). Производиться он должен путем подсчета подписей за получение бюллетеней в списках избирателей. Руководство комиссии неожиданно заявило, что этого делать не будет и количество проголосовавших определят по количеству бюллетеней в ящиках. Это вопиющее нарушение, и мы стали протестовать. Самую активную из протестующих – наблюдателя от КПРФ тут же удалили с участка (это происходит буквально так: «Вы… Вы.. Вы только что фотографировали личные данные избирателей! Кто видел?» - и все члены комиссии поднимают руки). Наблюдателей осталось всего 4 (я, две девушки от СР, мужик от КПРФ; двух мальчиков от ЕР – я не считаю). Члены УИК признали однако, что подсчет проголосовавших придется вести по спискам. Правда, подойти к книге, так чтобы контролировать процесс подсчета (т.е. видеть, сколько подписей реально на каждой странице), нам не дали (предлог - «ты можешь запомнить личные данные избирателей»). Личные данные, без каких-либо проблем можно было закрыть листом бумаги, считая только подписи. Дело (я уверена) в том, что в списках проголосовавших явный мухлеж, т.е. членами УИК проставлены подписи за неголосовавших людей. Под угрозой удаления, я отступила, позвонила в штаб и села писать очередную жалобу. Результат подсчета был объявлен и опять-таки записан: выдано 1560 бюллетеней в ГД и столько же в ЗАКС. Ситуация сложилась интересная: если просуммировать количество выданных бюллетеней и количество бюллетеней неиспользованных, то сумма = 1680 бюллетеней в ГД и 1676 в ЗАКС. Загвоздка здесь в том, что (и эти цифры были объявлены еще утром) у этой УИК было лишь по 1600 в ГД и в ЗАКС бюллетеней в принципе, т.е. 80 и 76 бюллетеней были абсолютно лишними (их быть в ящике вообще не могло).
Но наша комиссия еще этого не поняла. Записав полученные данные в увеличенную форму итогового протокола, они не догадались данные просуммировать и проверить, а объявили, что приступают к подсчету голосов. Сначала вскрыли переносные урны; я напряженно ждала поганки, о которой предупреждал Макс, но все оказалось чисто: количество бюллетеней в ГД и ЗАКС точно равнялось количеству голосовавших на дому (14).
А вот когда вскрыли основную урну… Она была плотно забито, бюллетени пришлось выгребать, но среди них была явно видна пачка сложенных бюллетеней, лежавших вместе. Это, судя по всему, и был подарок от кандидата В… Я громко заорала, требуя отложить пачку в сторону и считать отдельно, но члены УИК разметали пачку руками и закричали, что сейчас меня удалят (сгоряча даже обвинили меня в том, что я вбросила бюллетени, потом сообразили, что это перебор; удалять тоже не стали, уж не знаю почему). Другие наблюдатели меня не поддержали (девушки от СР в этот момент вышли, а умудренный жизнью мужик от КПРФ придерживался выжидательной тактики, и уговаривал меня просто смотреть и копить материал для жалоб – ибо систему не переборешь). Бюллетени рассортировали (ГД и ЗАКС) и начали считать результаты по ГД. Мы сидели и смотрели. Через какое-то время результаты были объявлены. В ящиках насчитали 1514 бюллетеней за разные партии и 50 недействительных. Результат занесли в увеличенную копию итогового протокола. И тут я подняла вопрос о том, почему сумма бюллетеней в урнах + количество погашенных (116) = 1514 + 50 + 116 = 1682, т.е. на 82 бюллетеня больше, чем могло быть физически, а также о том, почему количество выданных бюллетеней (по спискам) + количество погашенных бюллетеней = 1560 + 116 = 1676 (т.е. на 76 бюллетеней больше, чем могло быть физически). В этот момент надо было видеть членов УИК. Они долго пытались понять, откуда взялась эта нехорошая цифра (объяснять, что надо суммировать и почему пришлось раза три). А когда поняли, то впали в полный ступор (такие данные они все же не могли передать наверх ). Объявили, что подсчет начнется с самого начала, т.е. с количества избирателей по спискам. Ну, было понятно, что выход они найдут – и они его нашли. Количество проголосовавших после пересчета по спискам осталось прежним (1560), но зато количество погашенных бюллетеней в ГД изменилось разительно: 40 вместо 116 (!). В какой момент  и куда они убрали 76 «лишних» бюллетеней возможности отследить не было. По крайней мере, мы теперь знаем, что выборы были сфальсифицированы. Не знаю, сколько было вброшено (т.е. не меньше 76 точно, но на сколько больше - ? Может, 100, а может и 200…). Налицо была еще и явная глупость, вбросили много, а явка оказалась высокой – и концы тупо не сошлись (конечно, сыграла роль неопытность членов УИК, которые дали этой несуразице выползти наружу).
Бюллетени тоже «пересчитали» (слегка убавив голоса почти всем партиям) – и концы сошлись. Мы наблюдали (ЕР мы потребовали считать при нас поштучно – и вытащили из стопки 4 бюллетеня за другие партии – это, конечно, просто мелкий косяк).
Закончив с ГД и упаковав бюллетени, приступили к ЗАКСу.
Картина та же: сумма бюллетеней в ящиках + количество погашенных =1656, т.е. больше возможного на 56 бюллетеней. Был использован тот же метод: при пересчете оказывается, что погашенных бюллетеней вовсе не 119, а 70. Они маловато убрали, и  в сумме оказалось 1604 бюллетеня. Члены УИК слезно стали просить, чтобы мы не требовали пересчета и позволили списать эти 4 голоса, уменьшив количество недействительных бюллетеней. Мы плюнули и разрешили. Было три часа ночи.
Потом все шло более или менее как надо (бюллетени в ЗАКС тоже запаковали, протоколы заполнили, нам выдали копии). В пятом часу я ушла домой (у Макса на участке подсчет прошел гораздо более гладко, явных вброшенных пачек тоже не было – и освободился он еще раньше).
***
Уж не знаю, можно ли перебороть систему. Но личный опыт противодействия этой системе мы получили. Вряд ли это сильно повлияет на итоги выборов и вряд ли кто-либо возбудит против членов УИК уголовное дело (хотя материала, по-моему, более чем достаточно), но мы испытываем некое чувство типа «мы сделали все что могли».

* * *
Завтра сваливаем в Мерево. Предположительно - до начала июня. Приезжайте в гости, что ли...
* * *
* * *

Какой был бы подарок для профессора Снейпа!
* * *


Куп-куп, в водичке хлюп-хлюп!
* * *
* * *
И очень логичная. Одно вытекает из другого.
1. Заболела. Взяла градусник и принялась мерить температуру. Затем грудусник оставила на столе.
2. Мышка прибежала, хвостиком махнула, градусник упал и разбился нафиг.
3. Пока мы хлопали крыльями и собирали с пола ртуть, Мышка сбегала на кухню и посолила приготовленный ужин. Использовав всю имеющуюся в доме соль.

Ррррмяу. :-)

* * *
В связи с природно-погодными условиями выезд в Мерево откладывается. Вместо этого, в ночь с 1 на 2 января спектакль "Ворон" будет поставлен (силами энтузиастов) В ГОРОДЕ (скорее всего, на Ваське).

По ходу спектакля мы хотим проводить фотоссесию и в итоге смонтировать на копме презентацию.

Текст находится в финальной фазе извращения...

Имеются роли:
Миллон (король)
Дженнаро (принц, брат Миллона)
Армилла (принцесса Дамаска)
Смеральдина (служанка)
Норандо (отец Армиллы)
Панталоне (адмирал)
Бригелла (министр просвещения)
Труффальдино (начальник охоты)
Голубка (вещунья)


а также матросы, девушки, слуги и т.д.

Кому интересно?
* * *
* * *

Previous